Князь их здешний в замке сидит. Повсюду железные телеги окаянные подремать не дают. Торговаться с продавцами в их супер-рынках нельзя и обменом на овцу тоже не можно. Коли я здесь, то и яства ихние попробовал. Бургер — это два хлеба, и между ними мясо да пряности диковинные. Их люди едят со зверскими странностями. А люди ходят со зверьками странными.

Тут вонять, и странные кони вонять, они квадратные и разных цветов. Я пытаться с ними говорить, они молчать.

Человеки тоже меня не слушать или не понимать. У них в руке квадратики, много высоких дом. Красиво дом, а люди не красиво. У всех штаны на ногах и кофта на головах, иногда кофта без рук или штаны без половины.

Голубая неба красиво.

Я идти, не видеть трава, только деревья на полу. Мне холодно, нога больно. Не видеть море, не знать, как попасть домой.

Все стоять, пока кони бежать. Я идти, мне сказать:

— Ты что, ненормальный? Машина едет.
— Ты есть кто? — сказать я.
— Куда ты идёшь? — сказать она.
— Я море надо.
— Мне тебя отвести надо, видимо. Поехали к морю, — сказать она.

Она взять меня, и мы идти. Она положить меня, я сейчас ехать.
Я хотеть домой.

Ересь. Церквей мало, без крестов господних все, ходят срам еле прикрывши. Город сам хороший, но странный больно.

Дома богатые есть: из кирпича красного, из кирпича жёлтого, извести на стены тоже не жалеют. Но есть и дома будто от дьявола: стеклянные, металлические, как башни крепостные. Да и улицы мостят такими камнями, что краёв его не видать.

А повозки — вот это ересь, такая ересь. Железные, без лошадей, на дьявольской силе, ещё и внутри у некоторых будто музыкантов стоит оркестр, а сами-то они не больше обычной повозки.

Уж голова у меня разболелась, и пошёл я в церковь поведать обо всём, а там священника нету, ни одного. Святые отцы, что ль, веру отринули?

Пошёл я в лес, значится, а это сад был. Высадили деревьев будто сад Эдемский и забором обнесли, но не закрывают. Вот это хорошо придумали, хоть что-то от Бога.

Торжище вообще никакое. Торговцы все стоят, зевакам и в ус не дают, да и мало чего есть-то.

Город ни о чём: растёт вверх, а надо — духовно…

Я пришёл на землю из камня и увидел я там много всякого такого, чего нету на нашей земле.

Тут ходят люди худые и хилые, одеты они в шкуры невиданных зверей, шкуры тонкие и ярких цветов, самых разных. Верхом на длинных железных лодках эти люди несутся по земле со скоростью тысячи львов.

Земля здесь каменная, и смрад стоит ужасный, будто дым от костра. Люди носят тут таблички из камня и пишут на них что-то своими пальцами. Собаки здесь тоже мелкие и хилые, ни одного волка не напугают.

Зато жилища эти шаманы возводят отменные, колоссальные, как сосны и секвойи, из чистого камня, но ровные, как обелиски, что стоят у нас дома за горой. Но более широкие. Входы в здания у этих варваров не завешаны тканью и шкурами, а заблокированы плитами. Эти широкие обелиски испещрены отверстиями, словно ульи пчёл, и там видны люди.

Величественен этот мир, словно лес духов, но восхищает это не тем, что оно велико, а тем, что сотворено человеком, а не духами мира.

Всё здесь гладкое и ровное, земля ровная, как вода в озере, ни холмов, ни впадин. Есть места, где растёт что-то похожее на траву, только короткое и очень аккуратное, как и всё здесь.

Запахи тут варьируются от ужасных до прекрасных. Тут горький дым костра смешивается с невиданными ароматами блюд и цветов, вкуснее которых я ничего в жизни не пробовал. Перед ними меркнут самые спелые фрукты и ягоды.

Звуки здесь страшны. Грохот каменный. Когда дует сильный ветер, нет привычного шуршания деревьев, или есть, но очень тихое. Никаких птиц, кроме странных серых ворон и летающих цыплят.

На наших землях нет ничего похожего на это.

Не знаю, где я нахожусь. Но передо мной какая-то статуя, которая держит три звезды. Все люди вокруг странно одеты, а по дорогам ездят очень странные повозки, которые издают неприятный запах и звук.

Много разных звуков, которые сводят меня с ума. Это не похоже ни на какие города, которые я знаю. И вообще мир какой-то не тот. Не знаю, как отсюда выбраться.

Не знаю, что ещё сказать, буду пробовать выбраться.

Я Леонардо да Винчи, и сегодня я внезапно проснулся на земле. Я стою у дороги в ступоре, без единого понятия, где нахожусь.

В глаза резко бросились повозки без лошадей. Мне они кажутся самоходными, но даже если это так, то как это возможно?

Дальше я обратил внимание на странно одетых прохожих. Люди ходят в изрезанных тканях, у всех странные причёски. Но я только сейчас понял... Что это, женщины? Почему женщины носят штаны? Так не должно быть! А где причёски?

Я совсем не заметил, что передо мной стоит здание цвета сливочного масла. Оно совсем не такое, как у нас, очень высокое. Тут всё не такое, как у нас. Здания слишком сильно отличаются.

А это что, дорога, что ли? Я вижу человека, который просто смотрит в чёрный прямоугольник. Сумасшедший, что ли? И все на меня смотрят с подозрением.
Здесь всё другое. Где я вообще нахожусь и в каком времени?!

Здравейте, аз съм Кай и аз наистина не мога да разбера къде съм. Тук има някакви стъклени къщи с повече от 10 етажа. Това нормално ли е?!

Аз не знам къде съм. Може би аз съм в бъдещето? Не знам, аз не знам къде съм. Аз наистина, моля, кажете ми!

Добре, аз намерих хартийка. На нея има нарисуван човек и там пише нещо. Какво е това? Сигурно не знам, сигурно някой рисува. Защо всеки човек с какво да ѝ плаща? Това не знам какво е. Понякога картонче, понякога металче, не знам. Направо не знам изобщо какво е това. Колко неадекватно е!
Добре, но наистина не знам къде съм. Ужасно е тука, не знам какво да правя! Хората са просто неадекватни. Обуват някакви скъсани сини панталони. Не знам, изобщо са ужасни. Направо някакво л****.

Добре, без лоши думи. Ще кажа на вас: чао и да не ви виждам повече, ако сте от бъдещето, щото вие сте ужасни. Направо л****.

Добре. Довиждане, л****.